Немного про "Любовь" Михаэля Ханеке

08/07/13 13:00

Современное кино закручено на любви. Большинство режиссеров откровенно спекулируют высокими чувствами на экране ради того, чтобы быстрее растрогать нетребовательного зрителя. Другой взгляд на феномен любви предлагает творчество Михаэля Ханеке, которого после фильмов «Пианистка» и «Скрытое» начали называть «богом с видеокамерой». Небольшие кассовые собрания ленты «Любовь» не помешали собрать почти все самые престижные кинонаграды (Сезар, Золотая пальмовая ветвь, Оскар). Фильм структурно оригинален и сложен для восприятия неподготовленному зрителю, но все компенсирует авторское виденье любви.


Обычная пара интеллигентов преклонных лет (Жан-Луи Трентиньян и Эммануэль Рива) возвращается из филармонии и обнаруживает, что замок в их квартиру пытались взломать, но неудачно. Дальше разыгрывается история, которая является правдоподобным итогом их жизни, за которой мы бессовестно подсматриваем в замочную скважину. Символическим кажется то, что болезнь тоже пытается их сломать, вмешиваясь в их личное пространство.


Это камерная лента – девяносто девять процентов времени проходит в квартире главных героев. Хотя время действия в картине подсказывают телевизионные новости – это экономический кризис в 2009 году, их история имеет совсем вневременной характер, даже супруги не могут вспомнить какой день на улице.


Сюжет фильма полностью сосредоточен на будничной жизни Жоржа и Анны: они что-то бурчат друг на друга, завтракают, разговаривают о музыке, могут забыть, где положили прочитанную книгу. Размеренного течения жизни не меняет и неудачная операция и паралич правой части тела Анны. Жорж внимательно ухаживает за женой – это самые интимные моменты картины. Они забавляются как маленькие дети – вспоминают, смеются друг с друга, Анн говорит, что иногда он – чудовище, но очень милое.


Искусно выполнил свою работу оператор – порой ловишь себя на мысли, что камера тоже постарела, настолько она статическая, неповоротливая как и все движения Жоржа и Анны. Съемка осуществляется только из нескольких ракурсов, которые никогда не «прыгают», а когда действие происходит в пределах одной комнаты камера подолгу «сидит» в одном из углов и выжидает пока актеры начнут двигаться. Звук тоже молчит, только иногда тишина перерывается спокойной классической музыкой.


Главной героине становится все хуже и хуже – она совсем теряет способность двигаться и понятно говорить, пока не случается то, с чего начинается фильм. Спасатели взламывают квартиру и находят мертвую женщину. То ли Михаэль Ханеке хотел сказать, что настоящую любовь может победить только смерть, то ли, что если двое любят друг друга, – это обязательно закончится смертью, нам остается только догадываться. Но прием введения образа смерти в начале произведения далеко не новый, вспомним повесть Л. Толстого «Смерть Ивана Ильича» (1863). С помощью этого режиссер заставляет зрителя пережить историю героев совсем по-другому, посмотреть на будничные вещи «свежими» глазами.


Конечно, можно говорить о мощной жизнеутверждающей струе трагедии. Мол, Михаэль Ханеке побуждает зрителя переосмыслить себя в безумном современном мире, научиться ценить простые (и такие важные) вещи из нашей жизни, которые вдруг могут исчезнуть, но развязка нивелирует этот тезис. «Любовь» – это фильм не о болезни, не о страдании и завершается он никоим образом не смертью Анны. Рассказ истории с детства и поступок Жоржа шокируют, а режиссер оставляет зрителя наедине с открытой дверью для дискуссий. О любви в двадцать, тридцать, сорок лет всем известно – страсть, эйфория, ссоры, счастье, а что известно о любви в восемьдесят?

Похожие новости: